Отрезать Рикуо уши, отсечь руки. Или, как вариант, убить третьего наследника совсем – и себя вслед за ним.

Вот такая она, вассальная преданность.

Причём Гюки, похоже, руководствуется благими побуждениями. Великий клан ослаб? Наследник одержим сомнениями, не желает брать власть в свои руки; из-за этого подчинённые ёкаи распоясались, среди них начались разброд и шатания? Позор! Надо срочно что-то предпринять. И Гюки предпринимает: заманивает нерешительного главгероя в ловушку, организует нападения на него и на его друзей, устраивает допрос с пристрастием, втягивает в битву на катанах… Хороша проверка. Если Рикуо победит, то значит, достоин и право имеет. Если проиграет – умрёт, ибо слабаки клану Нура не нужны.

Заметим, Гюки готовится погибать при любом раскладе: либо от меча Рикуо, либо от своего собственного. М-да. Кое-кто явно не сторонник полумер. Хотя коли вспомнить методы, при помощи которых вербовали самого Гюки… Но обо всём по порядку.

Оказывается, в Гюки человечности не меньше, чем в Рикуо. А может, даже больше: ёкайская наследственность отсутствует, родители его в особой паранормальщине замечены не были – люди как люди. Разве что статусом от большинства соотечественников отличались, ибо семья была зело знатной. Кстати, судя по облачению, на дворе стояла эпоха Хэйан. Это что же, Гюки 800-1100 лет? Неплохо сохранился.


...Впрочем, нет. Определённая мистика с юным Гюки – тогда ещё Умевакамару – связана была. Его мать, которая долго не могла забеременеть, регулярно посещала храм и молила божеств о ребёнке. Её воззвания были услышаны: однажды ночью к ней прилетел маленький светящийся НЛО со вкусом сливы, женщина проглотила его во сне, а год спустя, в разгар цветения сливовых деревьев, на свет появился Умевакамару.

Любящие родители, дворянское происхождение, никаких изъянов… Казалось бы, с чего вдруг превращаться в ёкая?

Увы, благодать окончилась. Когда Умевакамару было 7 лет, его достойный отец оказался впутан в политический раздор; завершилось всё печально. Вдова с сыном остались без ничего, вынуждены были искать средства к существованию. Мальчик, увидев плачущую мать, пообещал, что будет учиться, учиться и ещё раз учиться, станет прекрасным фехтовальщиком, вырастет защитником.

Он отправился на обучение в монастырь на горе Хией, где за пять лет возмужал, расцвёл талантами; перед ним забрезжили многообещающие перспективы. Но тут выяснилось, что родительница, которую герой ни разу не видел за все эти годы, тяжело заболела. Наверное, каникулы или ещё какие-нибудь отпуска ученикам не полагались. Поэтому он просто сбежал к ней, наплевав на науки и на своё будущее.

Ему удалось увидеть мать. Мёртвую, в глотке исполинского монстра-людоеда. От означенного зрелища с Умевакамару приключился моральный коллапс, юноша уничтожил монстра, проклял богов и весь мир в придачу, стал мстительным демоном.


Пардон, отвлекусь ненадолго. Драма удалась, флэшбек интересен… Однако что больная мать Умевакамару забыла на горе Неджиреме? Ну серьёзно, как слабосильная женщина там очутилась? Учитывая, что монстр не у подножия горы сидел, до него надо было пилить и пилить пешком вверх по длиннющей лестнице. И почему её никто не сопровождал? Зачем вообще она покинула дом – хотела повидать сына? И что-то сцена выглядит так, будто подвергалась цензуре, нет? Вопросы, вопросы…

Кхм. Так вот, Умевакамару стал ёкаем не от хорошей жизни, страдания и лишения изменили его до неузнаваемости. Прошли века, он давно успел позабыть о любви к родителям, но людей продолжал исправно убивать, за что и унаследовал имя – «Гюки» – от прежнего хозяина горы Неджиреме. В кровожадно-устрашающем деле достиг определённых высот, раз однажды, под впечатлением от распространившихся слухов, к нему завалился сам Нурарихён со своим Парадом (не Рикуо, ясное дело, а кто-то из его предков).

Нурарихён явился не просто так: 3 дня и 3 ночи его войска бились с соратниками Гюки, в итоге глава семьи Нура его одолел…но не убил, а позвал в свой клан. Брутальные способы проверки-вербовки.

И Гюки согласился. По-видимому, его лояльность подлинная, надёжная (только проявления у неё…м-м-м, специфические). Тогда становятся понятнее и его логика, и спокойствие дедушки Рикуо. Неизвестно лишь, как сам главгерой отнесётся к настолько спартанским приёмам – в конце концов, на его друзей нападали всерьёз, Юки-Онну даже ранили. И при похищении Юры и Каны без Гюки не обошлось, ведь они с крысом-Кюсо были в сговоре. С другой стороны, Гюки теперь получается благородным, верным и трагическим, а таких персонажей положительные сёненовские герои не убивают. Теоретически. Но опасения остаются: фонтан кровищи и уход во флэшбек, что обычно бывает перед смертью…

Затейливая ситуация. Гюки столетиями человеков изничтожал, вдобавок Рикуо и сотоварищи от него изрядно натерпелись, однако его смерти всё равно как-то шибко не хочется. Насчёт судьбы Гозумару – аналогично.